Сказочники


Анаконда (7 глава)


Час пополудни... По поляне, словно объятой огнем, под защитою кустиков испанского дрока скользит Крестоноска в сторону Дома. Ей пока что не пришло в голову ничего иного (да она и не желала, чтоб что-либо иное пришло), кроме одного: убить первого встретившегося на пути Человека. Вот она достигла Дома, вползла на галерею и, свившись клубком, стала ждать. Прошло с полчаса. Удушливый зной, воцарившийся еще три дня назад, начинал уже давить ей на глаза, когда внезапно глухое дрожание надвинулось на нее из комнаты. Дверь стояла настежь, и перед змеей, сантиметрах в тридцати от самой ее головы, оказалась собака, черная, косматая собака, щурившаяся от недавнего сна.

"Проклятый зверь!.. - сказала про себя Крестоноска. - Лучше бы уж человек..."

В это мгновение собака остановилась, вынюхивая что-то, и обернулась... Слишком поздно! Подавив вырвавшийся у нее визг удивления и боли, она отчаянно замотала головой.

- Ну, эта, кажется, вне игры... - пробормотала Крестоноска, снова укладывая свои кольца.

И когда собака, опомнившись, намеревалась уже наброситься на змею, то услыхала шаги своего хозяина и отступила с громким лаем, ощетинясь. Человек в черных очках возник возле Крестоноски.

- Что там? - спросили откуда-то из комнат.

- Ага... Крестовая змея. Ярко выраженные признаки... Обычно их легко спутать с близкими из их рода, - задумчиво говорил меж тем человек в черных очках.

И прежде чем змея успела принять оборонительную позу, она почувствовала, что ее сдавили чем-то вроде щипцов, укрепленных на конце какой-то палки.

Она чуть не треснула от обиды, что с нею так поступили; стала хлестать своим телом направо-налево, тщетно пыталась напрячься и обвиться вокруг проклятой палки. Ничего не вышло: ей не удалось упереться хвостом во что-то твердое, а всем известно, что без точки опоры даже такая богатырская змея, как удав, постыдным образом теряет всю свою силу.

И человек так и понес пленницу подвешенной на палке, и так была она заброшена в серпентарий.

Представлял собою этот последний не что иное, как обыкновенную площадку, обнесенную оцинкованной гладкой стеной, за которой, в немногих установленных на голой земле клетках, было помещено тридцать-сорок змей. Крестоноска шлепнулась оземь и так с минуту и оставалась, свернувшись комом и поджариваясь под огненным солнцем.

Помещение было по всем приметам временное: неглубокие, но просторные смоленые лохани служили змеям купальнями, а расставленные там и сям деревянные домики или сложенные шалашиком камни предлагали убежище гостьям этого кустарно сработанного рая.

Через несколько минут новенькая была уже окружена и полузадавлена пятью-шестью перелезавшими через нее подругами, которые интересовались, кто она и из какого семейства.

Крестоноске все они были известны; но вот вовсе не знакома была одна огромная змея, купавшаяся в этот момент в своей высокой запертой клетке из толстой проволоки. Кто это, а? Никогда в жизни она Крестоноске не встречалась... Любопытствуя, как раньше другие, она медленно приблизилась. Настолько вплотную, что незнакомка так и взвилась. Крестоноска подавила невольный свист, когда, пораженная, сжимаясь в клубок, приготовилась защищаться. Потому что большая змея на ее глазах вдруг надула свою шею, да так чудовищно, что приобрела прямо-таки престранный вид - словно широкополую шляпу на затылок надела.

- Ты кто? - спросила испуганно Крестоноска. - Из наших ли?

Это означало: из ядовитых. Неизвестная, поняв, что к ней приблизились без дурных намерений, опустила поля своей шляпы.

- Из ваших, - отвечала она. - Но не из этих мест... издалека... очень... из Индии.

- Как твое имя?

- Кобра... Шляпная змея... Очковая... Дриада Джунглей... Королева Змей... у меня много имен.

- А я Крестоноска.

- Могла и смолчать, и так вижу крест на макушке. Я здесь уже со многими твоими сестрицами перезнакомилась... Когда поймана?

- Недавно... Не смогла его убить...

- Лучше бы тебя саму убили... Для тебя же лучше бы...

- Но с собакой я расправилась.

- С какой собакой? Которая тут живет?

- Ну да.

Королеву Змей это почему-то страшно рассмешило. Но тут Крестоноску ждал новый удар: косматая собака залаяла где-то совсем рядом...

- Удивляешься, да? - сердито бросила Очковая. - Не тебе одной пришлось здесь так удивляться.

- Но я ж ее в голову... - шептала Крестоноска, все более поражаясь происходящему. - Весь яд до капли выпустила! Все из нашего рода в один укус весь яд пускают. Пустая осталась... - заключила она растерянно.

- А собаке наплевать, пустая ты или полная!

- Бессмертная она, что ли?

- Не бессмертная, но от нас с тобой ей смерти не будет. Она нечувствительна к яду... Да ты все равно не поймешь!

- Нет, я понимаю! - с живостью отозвалась Крестоноска. - Нам Шустрая рассказывала!..

Королева Змей попристальней вгляделась в свою собеседницу.

- Похоже, что ты сообразительная...

- Да уж по крайней мере не меньше тебя! - обиделась Крестоноска.

Шея азиатки сразу же опять расширилась, и новая пленница насторожилась во второй раз.

Змеи сосредоточенно посмотрели в глаза друг другу, и кобра медленно подобрала свой треух.

- Да и храбрая, - пробормотала она. - Тебе можно довериться. Слыхала ли ты когда-нибудь наше особое родовое имя?

- Дриада Джунглей, наверное.

- Или Большая Найя... или Щитоносная... А точнее: Королева Змей. Мы рядом с обычными кобрами Индии, все равно что ты рядом с червяками... А слыхала, что нам в пищу идет?

- Не-ет...

- Змеи из вашей Америки... В основном... - заключила Королева, раскачиваясь совсем близко...

Крестоноска быстро оценила размеры иностранки-змеееда.

- Два с половиной, что ли?.. - спросила.

- Два метра шестьдесят... шестьдесят... так-то, маленькая, - отозвалась та, успев проследить взгляд новой подруги.

- Хороший размер... Той же длины (капельку побольше, может) моя двоюродная сестра, Анаконда ее зовут. Догадываешься, какую она пищу предпочитает?

- Ну?

- Вот именно: змей из вашей Азии!

И она в свою очередь бросила выразительный взгляд на Дриаду Джунглей.

- Быстра на слово! - отвечала та, снова начав раскачиваться. И, ополоснув голову в лохани, протянула томно: - Двоюродная, значит?

- Ну да.

- Яда не имеет?

- Не имеет. Потому так и увлекается ядовитыми иностранками.

Но азиатка уже не обращала на нее внимания, занятая своими мыслями.

- Послушай! - начала она снова. - Меня уже мутит от людей, собак, лошадей и всей этой глупой и злой нечисти! Ты одна здесь способна понять меня, потому что те, кто нас окружает в этих стенах, по правде сказать... Меня уже полтора года в клетке держат, словно я крыса какая, да еще и терзают, пытают всячески. И, что хуже всего, унижают, таскают туда-сюда, как лоскут какой-то... И кто? Жалкие людишки. И я, кому достанет яду, чтоб разом покончить с ними со всеми, принуждена сдавать яд на выработку сыворотки против яда! Нелепость! Ты не можешь и вообразить, как одна мысль об этом бьет меня по самолюбию! Смекаешь, к чему веду? - И Королева многозначительно заглянула в глаза новой знакомке.

- Кажется, - отозвалась последняя. - Чем могу я помочь делу?

- Одним лишь: у нас есть один лишь способ защиты и мести... Подползи-ка еще, а то вдруг услышат... Ты ведь знаешь: чтоб развернуться в полную силу, нам нужна точка опоры. Иначе мы гибнем. Если ты поможешь мне обрести ее в нужный момент, это может стать началом всей кампании. Только вот...

- Ну? Ну?

Королева внимательно так взглянула на Крестоноску:

- Не исключено, что ты при этом умрешь.

- Только я?

- Нет, разумеется, не только ты! Они, некоторые из людишек, умрут с тобою вместе...

- Но я же именно к этому и стремлюсь! Продолжай, пожалуйста!

- Ладно, но ты еще подползи... Не бойся...

Разговор после этого перешел на шепот, и Крестоноска вынуждена была чуть ли не приклеиться к королевиной клетке, так что всю чешую о проволоку ободрала. И вдруг кобра рванулась к ней и три раза подряд ужалила. Другие змеи, которые давно уже следили за этой таинственной беседой, разволновались.

- Ну вот! Она ее все-таки прикончила! Коварная!

Крестоноска, три раза подряд ужаленная прямо в шею, с трудом отползла немного в сторону по травке. Но вскоре осталась недвижимой, и это на нее наткнулся сотрудник Института, когда, три часа спустя, зашел в серпентарий. Человек взглянул на змею и, перевернув ее ногой, словно потерянный кем-то ремень, грустно уставился на ее белесое брюхо.

- Мертва, никакого сомнения... мертва... - произнес он. - Но как это случилось? - И он склонился над змеей, чтоб осмотреть ее получше.

Исследование было кратким: на шее, возле самой головы, он обнаружил неоспоримые следы укусов.

- Вот так так! - удивился человек. - Это дело Дриады Джунглей и никого другого... Вон она как свернулась плотно и смотрит на меня, словно я - вторая крестовая змея и меня тоже надо... Двадцать раз я директору докладывал, что эта проволочная сетка для нее не годится. Редкая слишком. Вот и доказательство... Ну что ж, - заключил он, взяв Крестоноску за хвост и бросая ее по ту сторону ограды, - за этой уж в оба глядеть не придется!

И вскоре доложил директору:

- Ваша Дриада укусила крестоносную змею, которую мы недавно поймали. Теперь у нее яда, наверное, уж немного осталось.

- Как досадно, - огорчился директор. - А нам как раз нужно сегодня побольше... У нас сыворотка почти кончилась. Умерла крестовая-то?

- Умерла, я ее за ограду бросил... Так нести Дриаду-то или как?

- Несите, что ж делать. Но для второго сбора яда, часа так через два-три.

.